Студия ВГТРК, Пермь, ул. Техническая, 7.

Ведущие: Павел Кузнецов, Юрий Филимонов

Павел Кузнецов: Здравствуйте. В студии – Павел Кузнецов и Юрий Филимонов.

Юрий Филимонов: И в эфире традиционная встреча с губернатором Пермского края Дмитрием Николаевичем Махониным. Здравствуйте.

Дмитрий Махонин: Здравствуйте.

Павел Кузнецов: Добрый день.

Дмитрий Махонин: Добрый день.

Павел Кузнецов: 2022 год – экономическая блокада и новые санкции. Как Пермский край готов к новым вызовам, какова роль Прикамья в вопросах импортозамещения и неожиданные перспективы развития региональной промышленности. Об этом и многом другом мы поговорим сегодня.

Юрий Филимонов: Телефон прямого эфира: 210-60-00, код города 342.

Павел Кузнецов: Ну, и опять же традиционно: те обращения, звонки, которые не войдут в эфир и требуют более детальной проработки, будут зафиксированы нашей административной группой, и впоследствии каждый обратившийся получит свой исчерпывающий ответ.

Юрий Филимонов: Дмитрий Николаевич, ну, прежде всего, летние месяцы, казалось бы, деловая активность должна пойти на спад. Но как раз эти месяцы были самыми насыщенными. Вспомним: делегация Пермского края во главе с Вами побывала в Узбекистане, потом – Азербайджан, международный экономический форум в Санкт-Петербурге, скоро форум в Екатеринбурге. Также вы анонсировали поезду в Беларусь. Вот, если я спрошу, чем вызвана такая деловая активность, наверное это такой праздный вопрос. Понятно, почему. Какие есть достижения, успехи и какие цели ставились перед этими поездками и нашли ли они свое воплощение?

Дмитрий Махонин: Вы правы в том, что мы в последнее время достаточно плотно работаем с нашими партнерами по странам СНГ, рядом других стран. Я встречался помимо этих выездов с послами Турции, Индии, Китая, рассчитываем встречаться со странами Персидского залива. И планируем еще в этом году помимо ИННОПРОМа в Екатеринбурге, побывать на форуме ADIPEC, который проходит в Абу-Даби. Для чего это все делается? Для того, чтобы помочь нашим предприятиям максимально быстро справиться со сложностями, которые могут возникнуть. А сложности действительно есть: это и логистика, и смена части партнеров по закупке сырья, оборудования и реализации своей продукции. Поэтому ключевая задача Правительства региона заключалась в том, чтобы нисколько не снижать, а, наоборот, увеличивать отгрузку нашей продукции за пределы региона, за пределы страны. И тем самым раскрывать и усиливать потенциал наших предприятий, поскольку мы понимаем, что за этим стоят и [действующие] рабочие места, и создание новых рабочих мест, и выплата заработной платы, и «социальное самочувствие» региона [в целом]. Поэтому дальше мы будем усиливать эту работу, и не только на форумах, но и в рамках нашей промышленной кооперации.

Мы в регионе исповедуем, именно исповедуем, путь подписания дорожных карт о промышленной кооперации, где уже задействованы более 550 предприятий Пермского края, которые получают возможность поставок для крупных наших российских холдингов, а не только связанных с Пермским краем. Могу привести в пример «Русагро», например. Сейчас с УГМК будет подписывать соответствующее соглашение. И это наши дополнительные рынки сбыта. У нас по дорожным картам объем поставок продукции уже сейчас достиг – только вдумайтесь – цифры в 800 млрд руб. А это означает, что у нас есть предприятия, которые растут ежегодно в течение последних пяти лет на 30%. А это означает, что они могут инвестировать в расширение своего производства, и добавлять к росту [показателя] индекса промышленного производства, который, несмотря на все сложности, в Пермском крае уверенно растет.

Юрий Филимонов: Я хотел бы... Это не вопрос, просто некий миф существует и разговоры о том, что тем странам, которые вы перечислили, в том числе Индия, Китай, интересны только наши природные ресурсы. Поэтому, когда вы перечислили другие предприятия, картина более-менее стала ясной. К Петербургу вернемся. «Газпром» – что там прорывного случилось?

Дмитрий Махонин: С «Газпромом» мы подписали очередное соглашение. Я напомню, что наша задача – улучшать жизнь жителей региона. И одним из способов улучшить жизнь является перевод [домов] людей на газ. И газоснабжение для нас является ключевым. Мы, имея самые на территории основные газопроводы страны, по которым проходит, там, по-моему, 400 млрд кубического газа, имеем уровень газификации сельской местности чуть более 30%. Заслуживаем мы газификации? Конечно, заслуживаем, и об этом нам люди говорят постоянно. Понятно, что это процесс дорогостоящий.

Понятно, что по щелчку пальцев не решишь всех проблем, но в 2,7 раза темпы газификации по пятилетке действующей увеличены. В этом году 10,5 млрд [руб.] – инвестиции в газификацию. Мы – лидеры, входим в тройку [в стране] по социальной газификации. Мы приняли для себя решение и, компенсируем людям затраты на прокладку газопровода от границ земельного участка до дома. Это тоже в определенной степени уникальная мера поддержки. Она в других регионах – я не припомню, чтобы также реализовывались. И дальше, несмотря на эти большие объемы, мы еще увеличили программу газификации на действующую пятилетку еще на цифру примерно 11 млрд руб. Туда включены строительство газопроводов протяженностью более 1,1 тыс. км, при том, что в Пермском крае [на сегодня] протяженность действующих газопроводов всего 12 тыс. км. Вот посчитайте, это 10 процентов, да, фактически. Туда попали 21 территория и...

Юрий Филимонов: Которые зачастую газ видели только в зажигалках.

Дмитрий Махонин: Это правда. Это северные территории. В Красновишерске газ есть, но это локальное месторождение, и газ очень плохой. Это проблема с отоплением. А в Чердыни, в Чердынском районе до Ныроба, мы планируем газ начать уже в следующем году. Я постараюсь сделать так, чтоб это свершилось как можно быстрее. Главное, на это есть воля. И спасибо большое Алексею Борисовичу Миллеру, что он внимание уделяет Пермскому краю. И, еще раз: наша ключевая задача – мы понимаем, что это надо будет реализовывать как можно быстрее. Это так в шутку называем «Северный поток-3» ну, так, в шутку.

Юрий Филимонов: В пику, в пику.

Дмитрий Махонин: Да, в пику.

Юрий Филимонов: Пусть завидуют там.

Павел Кузнецов: Говоря о промышленности. Насколько наши предприятия сегодня импортонезависимые, и насколько в этом направлении за последние несколько месяцев нашим промышленникам удалось продвинуться и где-то реализовать уже какие-то уникальные проекты?

Дмитрий Махонин: Все по-разному. Понятно, что вот эти вот несчастные чипы, о которых все говорят, что от них зависит работа наших станков, а это машиностроение – конечно, определенные сложности есть. Но, по крайней мере, пока из предприятий никто не остановил свою работу, а наоборот только увеличивают работу по ряду отраслей и направлений.

Много предприятий у нас, которые фактически сейчас будут замещать те же средства индивидуальной защиты. «Сорбент», например, полностью будет вытеснять сейчас американскую компанию. И мы прекрасно знаем эти маски, они нас спасли в пандемию, когда наши врачи в совершенно комфортных условиях работали. Кто видел, там президент [России Владимир Путин] в Коммунарку заходил именно в нашей пермской маске? Вот, и врачи наши работали в таких же. То есть это комфортные, безопасные средства индивидуальной защиты. «Сорбент» должен запустить в этом году производство активированных углей, нарастить в разы выпуск своей продукции. Вот этот пример могу привести.

Могу привести примеры, связанные с теми же самыми дочерними компаниями «Газпрома» – «Газпром бытовые системы». Может кто-то не знает, но совершенно новый завод в городе Чайковском находится, получил одобрение через Фонд развития промышленности, и дальше мы хотим налаживать помимо плит. [В Прикамье] под 60% плит производится: газовых плит и комбинированных плит, встраиваемых плит, в Пермском крае – это Лысьва и Чайковский. Так вот, задача сейчас – бытовой техники линейку расширять, то есть это посудомоечные машины, возможно, стиральные машины, мы об этом тоже говорим. И на прошлой неделе как раз-таки в Министерстве промышленности [и торговли] Российской Федерации тоже проводили совещание, участвовал в нем. Ну, и далее можно перечислять. Мы хотим, чтобы в Перми крупные сборочные предприятия появлялись, будь то станкостроение, бытовая техника, возможно, машиностроение. То есть будем этим заниматься.

Юрий Филимонов: Ну, по сути-то, они наш металл использовали. Это начинка сейчас самое главное.

Дмитрий Махонин: Ну, да.

Павел Кузнецов: У нас звонок. Добрый день. Представьтесь и задавайте ваш вопрос.

Звонок в эфир: Здравствуйте, Дмитрий Николаевич.

Дмитрий Махонин: Здравствуйте.

Жительница: Меня зовут Ольга, Пермь. Вот у меня в этом году дочь – выпускница. Мы сдали экзамены, сейчас ждем результаты. И очень, конечно, волнительно и за результат, и за проходные баллы, и за то, как пройдет поступление. Ну, очень переживаю, что мало бюджетных мест и что ребенку будет очень трудно поступить на бюджет. Скажите, пожалуйста, планируется ли увеличить бюджетные места в этом году, чтобы, ну, все-таки хотелось бы на бюджете учиться, а не на платном отделении. Спасибо.

Павел Кузнецов: Не только за бюджет приходится отвечать, а за бюджетные места.

Дмитрий Махонин: За бюджетные места, хотя это федеральные полномочия, но… Отвечая на вопрос Ольги: понятно, что сейчас все родители волнуются, и надо, чтобы дети поступили в лучшие вузы. Мы бы хотели, конечно, чтобы всегда выбор пал и падал на пермские вузы. У нас замечательные высшие учебные заведения. С 2019 года еще дополнительно тысяча бюджетных мест создана в пермских вузах. В техникумах – больше, там по две тысячи бюджетных мест создано. Какие места создаются бюджетные? Конечно, те, которые сейчас требуются нашей экономике и промышленности. Это машиностроение, это IT-специалисты. В частности, мы, например, просто прекратили в техникумах готовить товароведов, например, продавцов.

Павел Кузнецов: Юристов, экономистов нашей молодости.

Дмитрий Махонин: Да, это тоже надо – перенастраивать работу. То есть потребности закрываем. Поэтому больше 9 тыс. бюджетных мест в этом году будут предлагать наши вузы. Ярмарку вакансий мы проводили. Мы запустили в этом году очень классную традицию – Выпускной на набережной. Я думаю, что это мероприятие удалось. Я также ребятам – а там съехалось со всего края 200 автобусов – привезли 4,5 тыс. ребят. Я им тоже говорил о том, что, конечно же, нам бы хотелось, чтобы вы выбирали Пермский край как территорию дальнейшего развития, будь то выбор профессии, будь то выбор учебного заведения. А наша задача – чтобы действительно выбор был оправдан, и он был осознанный, с пониманием, что история успеха в Пермском крае значительно проще, чем в той же самой Москве, Санкт-Петербурге, поскольку мы понимаем, что наша сегодняшняя экономика и промышленность будет создавать новые высокооплачиваемые рабочие места. Это означает, что важно не только поступить, но и после окончания вуза устроиться на высокооплачиваемую работу.

Юрий Филимонов: Ну, понятно все, что есть результаты – промышленность перестраивается, экономика, слава богу, на плаву. Судьба среднего специального образования, это даже не судьба, а что делается для его развития? Потому что, помните, мы после встречи на «Авиадвигателе», «ПМ» как-то говорили, что сегодня, это как в нашу молодость нас пугали «будешь плохо учиться – пойдешь в ПТУ». Сегодня [специалисты со средним профессиональным образованием] в белых халатах, и зачастую получают выше инженера в других отраслях.

Дмитрий Махонин: У нас сейчас сварщик получает зарплату 120-140 тыс. руб. И спросите у того же руководства компании «Метафракс»: сварщиков они найти не могут на такую заработную плату.

Юрий Филимонов: А что делается для популяризации? Потому что потребность есть. Беседовали с [Александром] Иноземцевым [заместителем генерального директора АО «ОДК» по управлению научно-производственным комплексом «ОДК-Пермские моторы»], что есть там, по понятным опять же причинам, по двигателестроению и площадки уже предоставляют.

Дмитрий Махонин: Ну, во-первых, можно сказать, что определенные подвижки в этом направлении тоже есть, и средние специальности становятся более и более популярными. И понятно, почему вы только что об этом сказали. Промышленность нуждается в высококвалифицированном персонале. Не обязательно иметь высшее образование. Мы как регион понимаем, что это основной приоритет сейчас для образования. Почему? Потому что сейчас 95 % ребят, которые заканчивают так называемые сузы, они идут работать по специальности. Это означает, что они остаются в Пермском крае, преимущественно в Пермском крае. Понятно, что нам надо будет еще решить вопросы с армией. Но я сейчас не буду об этом подробно говорить. Мы тоже имеем определенные мысли по этому поводу – как сделать так, чтобы ребята еще служили в родном регионе. Было бы вообще замечательно. Такой опыт в других субъектах есть, сейчас будем тоже этим заниматься. Так вот: в авиационный техникум конкурс составляет до 15 человек на место. Почему?

Павел Кузнецов: Как в приличном вузе.

Дмитрий Махонин: Ну, естественно, даже выше, чем в вузах. И все больше и больше ребят поступают после школы именно в техникумы. Растет по несколько процентных пунктов это число, больше 60 % сейчас достигает. Вот пример авиационного техникума: мы достраиваем новый корпус, мы приступим к реконструкции, на это деньги уже заложены в бюджете. Мы строим общежитие. Помимо этого и реконструкция техникума Славянова. Помимо этого 7 общежитий мы строим: уже сдали первое в постсоветское время общежитие, еще шесть будем строить. Это не только Пермь: это Чернушка, это Суксун, это Губаха, ну, и так далее. Создаются новые лаборатории, новые мастерские, и тоже не только в пермских техникумах – Лысьва, Кудымкар. Мы выиграли с [филиалом института] и двумя техникумами федеральный конкурс – «Профессионалитет» называется. Это 100 млн на каждое учебное заведение: железнодорожный [Пермский институт железнодорожного транспорта – филиал Уральского государственного университета путей сообщения], сельскохозяйственный техникум [Пермский агропромышленный техникум] и техникум [промышленных и информационных технологий] им. Б.Г. Изгагина. И будем также оснащать их новыми лабораториями и оборудованием. Для чего? Для того, чтобы ребята могли уже сейчас работать с теми же самыми станками ЧПУ, чтобы можно было максимально быстро прийти на завод. Вот тот же самый Александр Александрович Иноземцев, он с юмором человек, он шутит, говорит: первые 7 лет молодой специалист – это вредитель на предприятии. Ну, он это в шутку говорит. Поэтому наша задача – сделать так, чтобы вот этот временной интервал от школьной скамьи до станка, до высококлассного станка (просто чтоб у вех было понимание: действительно, в белых халатах, действительно, высокоточное оборудование, это не как раньше – гайки крутить) – чтоб вот этот временной лаг был как можно короче, чтобы ребята могли приходить и уже быть полезными для родного предприятия.

Юрий Филимонов: Тут еще немаловажное профессиональное образование во время школьного периода и дуальное образование.

Дмитрий Махонин: Это все правильно, да.

Юрий Филимонов: В наше опять же время (все время ссылаюсь на свою молодость), заканчивали вуз: куда пойдешь работать? Многие терялись. Да, кто-то уже видел какие-то перспективы, [а кто-то] «Ну, закончу – будет видно»…

Дмитрий Махонин: Ну, дело-то все в том, что да, советская система образования, она, конечно, я считаю, самая лучшая система. И, слава богу, сейчас мы обратно к истокам приходим. Но даже я, когда закончил школу, у меня были корочки сварщика, и – уж, извините – сварить сани для того, чтобы возить что-то – я делал это сам, своими руками, ничего сложного в этом нет. И хочется, чтобы действительно все больше и больше людей...

Юрий Филимонов: На «Метафракс»-то. «Метафракса» тогда не было.

Дмитрий Махонин: Ну, да, только там высокотехнологичная сварка – до этого мне надо еще учиться и учиться. Но овладеть какими-то простейшими специальностями… Я всегда говорю, что человеческий мозг, действительно, «идет» от рук. Если у человека есть навыки труда на станках, на том же самом сварочном аппарате, это действительно куда лучше дальше потом заниматься теорией.

Павел Кузнецов: У нас звонок. Мы вас слушаем. Представьтесь и задавайте вопрос.

Звонок в эфир: Здравствуйте, Дмитрий Николаевич.

Дмитрий Махонин: Здравствуйте.

Жительница: Меня зовут Галина, живу я в Ныробе.

Дмитрий Махонин: Галина, да?

Юрий Филимонов: Галина.

Жительница: Нам уже очень давно обещают новую поликлинику. Несколько раз с 2014 года начинали строительство, но так ничего в итоге не построили. А наша больница, между прочим, в очень старом здании находится, XIX века, и в ужасном состоянии. Вот сейчас на Первомайской улице у нас начали строить новый медпункт. Вот я хотела спросить, кто контролирует это строительство и будет ли у нас новая поликлиника, или мы опять все зря ждем этого? Спасибо.

Павел Кузнецов: Спасибо большое.

Дмитрий Махонин: Контролирую я, и в этом году мы эту амбулаторию в Ныробе построим, чтобы в начале следующего года она могла получить лицензию и оказывать медицинские услуги. Амбулатория строится. Я не понаслышке знаю, Ныроб – понятно, это известный мне населенный пункт, территория, и вот эта эпопея, которая длилась уже больше десяти лет, когда то один подрядчик, то второй подрядчик разворовывает стройку… Эта вся история ушла в прошлое. Мы эту историю опять же по наследству получили. Сейчас решим этот вопрос. Также и достроим больницу в Чердыни в этом году, чтобы в первом квартале следующего года она могла начать получать лицензию. И вот этот медицинский вопрос мы закроем. Когда встречался в 2020 году [после назначения на должность с жителями], одна из первых поездок была в Чердынский район. Сидели люди и говорили: так все у нас, в принципе, нормально, еще бы поднять уровень медицины.

Уровень медицины, конечно, надо поднимать не только в Чердынском районе, но и в других территориях. Всегда, когда приезжаю в территории, посещаю объекты здравоохранения. Слава богу, сейчас ситуация с коронавирусом позволяет это делать. Мы всегда говорим о том, как нам усовершенствовать оказание медицинской помощи… В этом году мы еще в Кудымкаре должны хирургию достроить, в Полазне больница достраивается по программе модернизации первичного медицинского звена. В этом году более 30-ти ФАПов, в следующем тоже более 30-ти ФАПов будет построено. Большие средства выделяются на ремонт больничных объектов – более 250 млн руб. в рамках, опять же, федеральной программы. И 400 млн руб. у нас – это «Качественное здравоохранение» – краевая программа тоже работает. Мы дошли до того, и это тоже принципиально: чтобы больницы, которые построены ранее, не только внутри ремонтировались, но и проводилось благоустройство. Поэтому на это тоже заложены средства. Нас поддержали [депутаты Законодательного Собрания].

Юрий Филимонов: И фасады.

Дмитрий Махонин: Конечно, чтобы больничный городок был полноценным больничным городком, чтобы можно было и прогуляться, если рекомендации врача есть, да и вообще, чтобы было приятно просто находиться.

Павел Кузнецов: Слушайте, последний…

Юрий Филимонов: И газ, и больницы.

Павел Кузнецов: И газ, и больницы, все хорошо. И не без участия местной власти, насколько я понимаю, власти на местах. В последнее время вы очень часто выезжаете в территории, проводите совещания с главами о комплексном развитии территорий. На ваш взгляд, два года, они может быть и не показательные, они были сложные… Насколько сложилась работа с главами на местах и вообще насколько сложилась команда губернатора, которая действует во благо края сейчас?

Юрий Филимонов: Ну, так главы на местах... Только что говорили: за ныробскую больницу отвечает губернатор.

Павел Кузнецов: Я про это и говорю.

Дмитрий Махонин: Здравоохранение – это региональные полномочия. Образование – это муниципальные, да. Действительно, что хотелось бы сказать, конечно, человек – это такое существо, которое плохое очень быстро забывает, и мы порой забываем. Да и я сам думаю: может быть еще надо как-то получше работать. А потом начинают мне люди говорить: вы работаете все время в стрессовых историях. То есть два года пандемия, сейчас тоже переломный момент в экономике – вызовы, новые вызовы, которые надо преодолевать. Ну, ничего страшного нет, стараемся работать. Не все получается. Мы всегда самокритичны к своей работе. Я считаю, что Правительство работает, ну, скажем так, удовлетворительно. Всегда можно работать лучше, будем стараться тоже усиливать работу. Состав Правительства сложился. Понятно, что возможны изменения, потому что нельзя, чтоб глаз замыливался, еще что-то. Если человек не справляется со своей работой – у меня ничего личного нет – значит, надо место освобождать более профессиональному, более талантливому руководителю, управленцу. Это нормально. По командам муниципальным наша ключевая задача – чтоб они действительно сложились, именно команды. Не чтобы глава приходил и чего-то объяснял. Если его заместители, ключевые заместители не будут, не проникнутся нашим видением развития региона, ничего получаться не будет.

Поэтому вот эти программы, трехлетние программы развития, [в рамках проекта, который] мы назвали «Пермский край – комфортный край», – они защищаются и утверждаются вместе со всеми ключевыми заместителями. Их презентуют именно заместители того или иного главы муниципального образования. Ну, и очень важно для нас находиться на месте и посмотреть, пощупать, как говорят, что происходит на территории, с людьми пообщаться. Поэтому новый формат работы Правительства – это выездные заседания Правительства. И мы очень часто это делаем. Советы глав муниципальных образований. На днях мы в Соликамске его провели. Приурочили также там к открытию спортивного объекта. Наконец-таки в Соликамске появилась ледовая арена. И важно, чтобы главы посмотрели своими глазами, обменивались лучшими практиками, опытом делились. Поэтому все главы были. Им было продемонстрировано, что такое микрорайон Любимов в Березниках, что это за стройка. А стройка, извините, очень громадная. Самый крупный микрорайон, который мы реализуем, и в этом году мы должны завершить все строительные работы, и дальше уже развивать этот микрорайон, исходя из обычных наших планов по развитию той или иной территории, а не экстренно для того, чтобы переселить людей из техногенной катастрофы.

Юрий Филимонов: Ну, всю поговорку не буду произносить, заканчивается она так: а кушать хочется всегда. Так вот, вернемся к вопросу импортозамещения. Насколько регион самодостаточен и в обеспечении себя продуктами? На ПЦБК вы нам все объясняли и сказали, что у нас даже закрома трещат.

Дмитрий Махонин: Нет. Закрома, конечно, трещат только по определенным категориям [товаров]. Понятно, что мы не Краснодарский край, и наши климатические условия… Видите, какое лето в этом году? В прошлом году все сохло, а в этом году все мокнет. Ну, то есть зона рискованного земледелия никуда не делась.

Юрий Филимонов: Зато короткое.

Дмитрий Махонин: Да, да. Как говорится, я в прошлое лето был в командировке эти два дня, поэтому лето пропустил. Так вот, несмотря на это, мы увеличиваем площади посевных. На 6 тыс. га, по-моему, в этом году приросли площадями. И это не очень такая большая величина, поэтому здесь надо усиливать работу.

Мы сейчас нацелены на работу с крупными инвесторами, чтобы у нас появлялись крупные так называемые мега-фермы. И в регионе начато строительство таких мегаферм. На 3,5 тыс. коров строится ферма в Зюкайке в Верещагинском округе. Это первая такая крупномасштабная ферма. Есть еще ряд проектов. Что позволило это сделать? Это позволило [сделать] принятие решения по субсидированию, по компенсациям затрат капитальных вложений, на переработку молока. Мы по праву сейчас можем гордиться вместе с вами, что мы входим в пятерку регионов по мощностям для переработки молока. 1 млн тонн молока может перерабатываться в регионе. У нас крупнейшие производители, которые выпускают сухое молоко, сыры и так далее. То есть мы даже обогнали Алтай, да, который традиционно считался лидером в этом направлении. Ну, а дальше мы будем усиливать работу, связанную с выращиванием крупного рогатого скота. То есть нам надо догонять по производству мяса. По куриному яйцу обеспеченность более 200%. Мы запустили крупнейший тепличник по производству плодоовощной продукции в Чусовом. Сейчас обсуждаем еще вторую очередь можно было бы построить.

Мы, как раз-таки, с нашими друзьями из того же Азербайджана, Узбекистана еще прорабатываем вопрос по логистике их продукции. Чтобы можно было меняться: качественная продукция – она никогда лишней не бывает, потому что не все у нас удается вырастить. Но в целом я доволен тем, что сельское хозяйство который год показывает рост. Мы делаем все для того, чтобы поддержать, новые механизмы поддержки принимаются в регионе. И где-то мы их усовершенствуем. Сейчас наша задача – мы уже пересмотрели и приняли для себя решение, что будем поддерживать прежде всего эффективные хозяйства. То есть что это означает? Если ты ниже урожая собрал с гектара, то ты компенсацию сможешь получить с понижающим коэффициентом. Или не получишь. А если ты увеличил объем сбора урожая, тогда ты с повышающим коэффициентом получишь, больше. Также по производству молока. И также на субсидирование, приобретение удобрений и так далее.

Павел Кузнецов: Добрый день. Представьтесь. Мы вас слушаем.

Звонок в эфир: Добрый день, Дмитрий Николаевич.

Дмитрий Махонин: Добрый день.

Жительница: Меня зовут Светлана. Живем в ЖК «Авиатор» на ул. Холмогорской уже шесть лет. Когда квартиру покупали, нам обещали школу в шаговой доступности. Сыну уже на следующий год идти в первый класс. Школы как не было, так и нет. Недавно увидели, что площадку вроде бы огородили забором. Вопрос только, будет ли или обещают только опять нам?

Дмитрий Махонин: Спасибо за вопрос. Просто хочется еще понять, кто обещал. Скорее всего строитель, который построил дома без вложения в социальную инфраструктуру и обманул, как это, к сожалению, еще бывает у нас в регионе. Но на самом деле, конечно, хочется сказать о том, что, когда люди выбирают, где им жить, надо исходить из того, что реально есть на самом деле по социалке: наличие больниц, школ, детских садов. А когда мы проповедовали, к сожалению, много лет назад, значит, такую историю, что строители ни за что не отвечают, то это и привело к тому, что у нас куча микрорайонов, которые не обеспечены достаточным количеством мест в образовательных учреждениях. Такая ситуация никуда не годится, мы ее меняем.

Юрий Филимонов: Так им не выгодно было. Им продать... Построить, продать квартиру – это одно, а заниматься социалкой....

Дмитрий Махонин: Слушайте, выгодно, и вложения в социалку, строить жилье вот при сегодняшних условиях выгодно. Это вам авторитетно заявляю. Другой вопрос, что ты можешь просто выкачивать все прибыли, и не думать о развитии региона. А другое дело, что ты можешь создать комфортные жилищные комплексы со всей инфраструктурой, а регион готов помогать тебе в этом. Поэтому так и работаем. На Холмогорской школа будет обязательно. Это наш механизм концессионных соглашений с компаниями. В данном случае у нас ООО «Сберинфра» участвует и группа компаний «Просвещение». В следующем году мы эту школу сдадим.

Вообще мы начали школы строить за год фактически. Это очень радует, поскольку наш строительный комплекс научился применять такие механизмы строительства, которые перенимают другие регионы. Вот школа, например, в Новых Лядах, будет построена уже в этом году. И была начата она опять же в этом году. На 825 мест школы у нас по типовому проекту, на 1 224 места по типовому проекту. В течение года мы их уже делаем и строим. У нас задача на ближайшую трехлетку – еще 44 объекта в образовании построить. И задача реалистичная, поскольку в прошлом году было сдано 17 или 18 объектов – порядка 10 школ и 8 детских садиков. И задача в этом году такая, чтоб темпы не снижать. По концессии мы будем строить порядка 80-ти школ. Если федерация нам даст возможность, мы еще больше будем строить. Есть регионы, которые отказываются сейчас от этих концессионных школ. Почему? Потому что не видят перспектив роста бюджета, поэтому сокращают свои издержки. Мы их с удовольствием берем и будем претендовать на большую поддержку Федерации.

Юрий Филимонов: Вопрос тогда, раз школьная тема прозвучала: я о школьно-продовольственном вопросе. Я согласен, то есть ажиотажа не было, но, тем не менее, цены на продукты питания немножко повысились, и те, кто на аутсорсинге по школьному питанию, во всяком случае, они обращались в департамент [образования администрации Перми]. Я не знаю, еще раз повторюсь, это была небольшая волна, но тем не менее. Пересмотрена ли на сегодняшний день стоимость бесплатного школьного питания, и не идет ли сейчас обратная тенденция, от аутсорсинга к созданию комбинатов школьного питания?

Дмитрий Махонин: Скажу сразу: идет, и это наш осознанный выбор. Почему, сейчас я объясню. Ну, во-первых, что касается стоимости того питания, которое оплачивается подрядчику, либо школе (смотря каким способом [организовано питание], в регионе не самая низкая стоимость. Мы доплачиваем из регионального бюджета. Таких субъектов, по-моему, с десяток в Российской Федерации. Остальные просто используют только федеральные бюджетные деньги, не доплачивая ничего из своего регионального бюджета. Во-первых, с начала года все было проиндексировано, исходя из темпов инфляции. И второе: мы приняли решение, что на 10% с 1 сентября, с начала учебного года, проиндексируем стоимость питания. Почему? Потому что мы понимаем, что в данном случае экономия приведет к ухудшению качества. И мы это видим: средства массовой информации и прокуратура нас информируют, что подрядчики используют продукты непонятного происхождения. У нас есть просто кощунственные факты отравления детей. И поэтому мы идем по пути создания комбинатов питания.

Это уже сделано в Березниках. И вместе с кулинарами, Ассоциацией кулинаров России, мы это реализуем. И сейчас мы подумаем и посмотрим примеры других регионов. Мы в Кирове смотрели завод питания, где контролируется калорийность, качество, вес порции. И я, к сожалению могу отметить, к сожалению для нашего бизнеса: предприниматели разные есть, но качество питания лучше там, где столовая принадлежит школе. К сожалению, это так.

Юрий Филимонов: И эти школьные столовые – первые места на уровне Российской Федерации.

Дмитрий Махонин: Совершенно верно. Поэтому мы будем бить по рукам тем предпринимателям, которые не занимаются надлежащим образом кормлением детей. Будем их выгонять, расторгать контракты, будем идти по пути создания комбинатов питания. Еще раз повторюсь: если выбирать либо поддержку бизнеса в этой сфере, либо здоровье детей, то здоровье детей на первом месте.

Павел Кузнецов: Об Украине тоже хотелось бы поговорить. Сегодня в Пермский край продолжают прибывать вынужденные переселенцы с Донбасса, из Луганской и Донецкой народных республик. В каком качестве они находятся сегодня здесь? Это временно какое-то проживание, или у людей есть возможность, если они того пожелают, остаться в Пермском крае навсегда? И получат ли они какую-то поддержку от местной и региональной власти, если такое желание будет?

Юрий Филимонов: Да, и включая юридическое сопровождение, потому что кое-кто покидал территорию без документов.

Павел Кузнецов: Без документов, приезжают, абсолютно, с какими-то вещами.

Дмитрий Махонин: Ну, во-первых, по нашим данным, на территории Пермского края находится сейчас более 500 жителей из Донецкой и Луганской республик и с Украины, которые приехали к своим друзьям, родственникам, и как правило они проживают у них. Мы стараемся всячески оказать поддержку. И юридическую консультацию через многофункциональные центры можно получить, обратиться туда. Если еще у кого-то есть сложности, вопросы, обязательно это надо сделать. Если кто-то меня слышит из вынужденных переселенцев, беженцев, еще раз подчеркиваю, что мы нацелены на оказание индивидуальной помощи каждому, кто выбрал для себя Пермский край, чтобы пережить эти непростые времена на Украине.

Централизованно мы сейчас принимаем ребят. Были у нас «сборники», и в Чайковском они занимались на «Снежинке» [федеральный центр подготовки по зимним видам спорта], это дзюдоисты. Буквально завтра-послезавтра ребята приедут, и будут летнее обучение проходить в Педуниверситете. И вуз любезно согласился на то, чтобы занять ребят. Мы будем их встречать. Мы приняли решение, что ребята такие же, как и все жители Пермского края, поскольку они у нас живут, и мы должны одинаково обо всех заботиться. Они будут получать горячее питание в школах, которое мы сейчас обсуждали с вами. И мы хотим сделать так, чтобы все меры социальной поддержки, которые для пермяков регион и Федерация применяют, они распространялись и на наших уважаемых, теперь земляков – жителей ЛНР, ДНР, тех жителей Украины, которые приезжают к нам.

Павел Кузнецов: Добрый день. Представьтесь. Мы вас слушаем.

Звонок жителя : Здравствуйте.

Дмитрий Махонин: Здравствуйте.

Житель: Меня Александр зовут. Дмитрий Николаевич, добрый день. Я беспокою из деревни Новоселы, это Краснокамский район. У нас проблема есть с газификацией территории. Уже везде писали, звонили, уже не знаем, куда обращаться. Подскажите, пожалуйста, как-то можно помочь решить эту проблему? Спасибо.

Дмитрий Махонин: Да, спасибо.

ПавелКузнецов: НеНыроб.

Дмитрий Махонин: Краснокамск, да.

Юрий Филимонов: Хоть мы вроде бы эту тему уже обсудили, но просто такой опыт уже был, когда с представителем налоговой беседовали. Знаете, говорит: я живу в Орджоникидзевском районе, а бизнес в Мотовилихе, где бы вот... Я живу в Закамске, но у меня бизнес в Ильинском находится. Каждый желает услышать про свой населенный пункт.

Дмитрий Махонин: Естественно.

Юрий Филимонов: Поэтому, хоть мы говорили в целом, какие-то конкретные...

Дмитрий Махонин: Ну, вот Новоселы – это коттеджный поселок, Краснокамский округ. Проблему по газификации мы с 2020 года обсуждали. Ну, может до меня кто-то обсуждал, я не знаю. Проблема заключалась в том, что надо было порядка 150 млн руб., чтобы газифицировать частные домовладения. Вот то соглашение, которое мы с Алексеем Борисовичем Миллером подписали, оно как раз-таки распространяется и на эти жилые дома в Новоселах. И это соглашение позволит нам в ближайшее время газифицировать дома, о которых Александр говорил. Задача, и я главе Краснокамского округа уже говорил в понедельник о том, что там, есть социальное напряжение, а по Новоселам неоднократные и коллективные обращения были, – там надо постараться сделать. Не ждать 2025 года, а максимально постараться сделать так, чтобы люди получили газ если не в следующем году (хотя по Новоселам это реалистично), то хотя бы в 2024. Будем стараться, чтобы в следующем году газ до Новоселов дошел, а дальше уже заявка от жителей на подключение к системе газоснабжения.

Юрий Филимонов: В Перми мы традиционно каждый раз говорим о крупных знаковых проектах, которые реализуются сегодня и в ближайшее время. Такой вот обзорный ответ, то есть строительство и спортивных объектов, и мостовое строительство – извечная тема. Поэтому если так ретроспективно пройти…

Дмитрий Махонин: Ну, у нас все строится. У нас все строится и....

Павел Кузнецов: Все вовремя.

Дмитрий Махонин: Пока вовремя.

Юрий Филимонов: Спасибо за ответ.

Дмитрий Махонин: Да. Ну, я серьезно: это большая, колоссальная работа. Когда я читаю статьи горе-архитекторов, ну, «горе», потому что люди просто там хайп устраивают, хотя много лет работали в Пермском крае, а сейчас постоянно чему-то не верят, как будто я должен отвечать за все, что было в 1990-х-2000-х гг. Но уж точно не я разваливал строительную индустрию Пермского края. А эту строительную индустрию буквально по кусочкам приходилось собирать, и этим мы занимались и в прошлом году, и в позапрошлом году, да и очень много сделал Максим Геннадьевич Решетников [предшественник Дмитрия Махонина на посту губернатора Прикамья, министр экономического развития РФ] в этом направлении, чего уж скрывать-то.

Мы выходим на то, что в жилищном строительстве сейчас темпы только увеличивать. Если раньше мы гордились, что в Пермском крае строится 1 млн квадратов жилья, то сейчас это уже 1 млн 300 тыс. Эти цифры нам не кажутся запредельными. Мы должны выходить на 2 млн кв метров жилищного строительства. И в этом году у нас [высокие] темпы, мы уже более чем на 200% превышаем [прежние показатели]. Самое главное, мы... Есть у нас проблемные стройки, но им, этим проблемным стройкам, по 5-6 лет. И когда ты приходишь на объект, и ты не понимаешь, что построено – качественно, не качественно? И это обследования, это экспертизы, это уголовные дела, которые мы инициируем. Но постепенно, постепенно мы эти стройки тоже завершим, такие, как детский садик в Очере, об этом говорил. Перезапустили строительство в больнице Кировского [района Перми], детской поликлиники: тоже об этом говорил, и мы это сделали. Еще ряд небольших объектов в Коми-Пермяцком округе у нас остались, уровня детских садов. Тоже все перезапускаем. У нас, я скажу, так: с теми подрядчиками, которые у нас вызывают опасения, у нас подписаны соглашения о расторжении [контрактов], с открытой датой. Они хранятся у меня в сейфе. И если не исполняет обещания по количеству людей на стройке, [не соблюдает] темпов строительства - пинка ему и дальше, меняем подрядчика на более ответственного. А крупные стройки – они запущены, и об этом все говорят. И галерея художественная.

Юрий Филимонов: Галерея, да. А третий мост?

Дмитрий Махонин: Да, третий мост – это история очень тяжелая. Я сразу об этом говорил и говорю. Он, опять же, не был [проектом] под «Пермь-300». Под «Пермь-300» мы строим ул. Строителей, которая была нужна, и нужна сейчас для того, чтобы по центру города можно было проходить, и определенная разгрузка коммунального моста была. А третий мост… Мы должны завершить проектирование в следующем году. И сейчас мы уже думаем вместе с нашим краевым Минтрансом и федеральным Минтрансом о финансировании этого объекта. Будем стараться сделать так, чтобы можно было в следующем году строительство запустить. Но поверье мне, что это стоимость объекта еще в два раза больше, чем у моста через Чусовую. То есть со всеми развязками, с Камской долиной, с выходом на площадь Гайдара, это более 45 млрд руб. Таких объектов в регионе [раньше] не строилось. Также как и не строилось никогда ледового дворца или муниципального дворца на 10,5 тыс. мест, который мы в этом году должны запустить. Он превышает [по вместимости] более чем в два УДС «Молот», чтоб вы понимали.

А под эти крупные инженерные объекты, конечно, нужен строительный комплекс. А для этого надо было еще в техникуме нашем строительном, который даже мастерских не имел нормальных, навести порядок. И они построены.

Юрий Филимонов: Да, заходил я туда, видел.

Дмитрий Махонин: Да, да, да, все от образования идет.

Павел Кузнецов: У нас еще один звонок. Здравствуйте. Представьтесь и задавайте.

Звонок жителя: Здравствуйте. Дмитрий Николаевич, добрый день.

Дмитрий Махонин: Здравствуйте.

Житель: Меня зовут Виктор. Я только что послушал, вы очень много говорите про третий мост через Каму. Это, конечно, очень все хорошо, но у нас ведь в крае еще и другие мосты существуют. Я вообще сам из Соликамска и очень часто езжу по мосту через трассу Соликамск-Красновишерск рядом с д. Чертеж. Вот этот мост в очень ужасном состоянии, машины разбиваются, в принципе, там скорость приходится очень сильно сбрасывать. Я бы очень хотел попросить, чтобы вы тоже обратили на него пристальное внимание. Спасибо большое за ответ заранее.

Дмитрий Махонин: Да, спасибо.

Павел Кузнецов: Таких мостов, наверное....

Дмитрий Махонин: В д. Чертеж достраивается полным ходом. В понедельник я проезжал по этому мосту. Там, действительно, с горочки так спускаешься, хочется разогнаться, да. Ну, на самом деле не показалось, что полотно настолько в ужасном состоянии, если отвечать на вопрос Виктора. Но, тем не менее, я точно знаю, что у нас в планах реконструкция этого моста стоит. И вообще хорошо, что мы защитили нашу заявку в федеральную программу под названием «Мосты и путепроводы»: туда включено более 20 мостов, самых разных мостов. Через Вишеру тот же самый мост в Чердынском округе, который сейчас в реконструкции. Тоже просто в понедельник,[после рабочей поездки в Соликамск], не удержался, до дома [п. Рябинино] доехал. Посмотрел, как и что там происходит. Более 20 мостов, 22, по-моему, моста, которые мы будем в течение 2-3 лет реконструировать.

При этом, конечно же, хочется, чтобы люди с пониманием относились к этому. Какие были эмоции в социальных сетях, негодования по поводу ремонта моста через плотину КамГЭС. Мы все понимаем, что любые, любые ремонтные работы – это неудобства для людей, это пробки и так далее, но по-другому никак нельзя починить. Потому что, если мы не будем ремонтировать эти мосты и сложные технические сооружения, ну, это аварийная история, это сопряжено с риском человеческой гибели и жертв. Поэтому, слава богу, у нас есть финансирование, и мы будем приводить в нормативное состояние мосты и путепроводы в Пермском крае.

Павел Кузнецов: К вопросу о стройке. Мы уже во время одной из встреч с вами обсуждали, что Пермский край входил в число лидеров по расселению ветхого аварийного жилья. Как обстоит ситуация на сегодняшний день? И очень бы хотелось понять, что происходит с обманутыми дольщиками, много ли их у нас осталось еще в Перми и Пермском крае?

Дмитрий Махонин: Что касается расселения из ветхого и аварийного жилья, мы продолжаем реализовывать программу переселения людей из домов, признанных аварийных до 1 января 2017 года – на год раньше [чем планировалось]. Мы будем программу усиливать. В прошлом году вместо плановых нескольких десятков тыс. кв. метров мы расселили 105 тыс. кв. метров. Мы входим в пятерку [среди регионов] по темпам расселения из ветхого аварийного жилья. Мы очень рассчитываем, а Федерация нацелена, и президент РФ об этом уже сказал, что дальше будет продолжена программа по переселению людей из жилья, которое признано аварийным после 2017 года. А у нас этого жилья… Мы не стесняемся, и признаем это. Почему? Потому что там в деталях кроется вся эта история. Можно просто формально не признавать дом аварийным, но он... Если он [фактически таковым] является, то жилье в нем лучше-то не становится. Поэтому были у нас территории, где главы, к сожалению, не признавали жилье аварийным. Вот эту практику мы прекратили, вплоть до увольнения. То есть, мы дома признаем, и мы, опять же, один из немногих регионов, кто выделяет краевое финансирование на расселение из домов, признанных аварийными после 2017 года. Будем увеличивать это направление.

Проблем очень много. Жилищный вопрос, он один из самых насущных вопросов в Пермском крае. Опять же, у нас есть понимание, как этот вопрос сейчас решать. Спасибо Федерации за поддержку. А задача регионального Минстроя – быстрее ноги переставлять, и опережающими темпами получать финансирование, что мы и делаем. Ключевая задача опять же – строить жилье не только в Перми и Пермском районе, а строить дома и в Чернушке, и в Октябрьском, и в Соликамске, и в других территориях, где нет уже вторичного рынка. Почему? Потому что не будет нового жилья – люди не будут оставаться жить [на родине], они будут переезжать. Сейчас с каждым главой [округов] отработаны планы по жилищному строительству. И мы нацелены на то, чтобы в каждом муниципалитете строилось жилье. Может быть не тысячами кв. метров, но сотнями уж точно, чтобы можно было людей обеспечить жильем именно в тех территориях, где они живут, где они хотят жить.

Павел Кузнецов: О, у нас еще один звонок. Здравствуйте. Ваш вопрос? И представьтесь обязательно.

Звонок жителя: Здравствуйте, Дмитрий Николаевич.

Дмитрий Махонин: Здравствуйте.

Житель: Меня зовут Дмитрий, я из Александровска. Знаете, вот недавно приезжали всей семьей в Пермь, были на набережной и на эспланаде, смотрели на очень красивые фонтаны, которые там. Но вот хотел бы сказать, что у нас, может вы знаете, где пруд, там многие любят гулять дети, рыбаки, вот мы с семьей в том числе. Но он, честно, зарастает, там ничего уже не делали, мне кажется, лет 50. Там дорожки есть, они все разломались. Может, как-то привести его в порядок? Мы на самом деле очень этого ждем. Спасибо вам большое.

Дмитрий Махонин: Спасибо, Дмитрий, за вопрос. Ну, что касается таких территорий, как Александровск, у нас с точки зрения политической стабильности есть 1-2 территории, где хочется, чтоб стабильности этой было больше. Вот Александровск – это такая территория. Ну, чехарда с руководителями территории, непонятно [на что] нацеленные депутаты. Пускай они не обижаются, но я действительно не понимаю, когда я приезжал, меня они там на пятой точке встречали и жаловались, что вот, действующая глава, которая работала на сегодняшний день два месяца, значит...

Юрий Филимонов: У них хобби там, они на каждого...

Дмитрий Махонин: ... сократила, значит, чиновников муниципальных. И они это считали угрозой. Наверное, хорошо, когда чиновников поменьше становится, это значит, что можно деньги высвободить на социальные обязательства перед населением. А так, конечно, надо прочувствовать Александровск. И мы будем этим заниматься. По моей инициативе глава [округа] подготовила соответствующую заявку, с региональным МинЖКХ отработала. Мы подали проект благоустройства этого пруда на федеральный конкурс «Малые города и поселения». Пять заявок у нас от территорий направлено [в этом году]. Рассчитываем, что если не в этом году, то в следующем году мы будем побеждать. Я буду всячески помогать этому. Нам по две заявки ежегодно одобряют: это Чайковский, это Чусовой, это Губаха, это Лысьва сейчас, это Березниковский округ, Усолье. Ну, и вот Александровск тоже я считаю, что нужно благоустраивать.

И у меня такой сдержанный оптимизм сейчас присутствует еще по поводу градообразующего предприятия – Александровского машиностроительного завода. Тоже очень много проблем именно от этого предприятия, поскольку предприятие, ну, мягко говоря, так, тихонько загибалось, умирало. Сейчас новое руководство завода получает заказы. Мы тоже помогаем им это делать. Для чего? Для того, чтобы работники возвращались. Пусть они возвращаются на завод. Вовремя стала выплачиваться заработная плата. А дальше, если пойдет так, то постепенно былая слава завода вернется. И завод – когда я говорю про импортозамещение, про возможности, – как раз-таки Александровский машиностроительный завод и есть именно такой завод. Который будет нашим калийщикам, прочим шахтным предприятиям поставлять высококлассную продукцию. И мы тем самым ликвидируем еще одну точку напряжения в территориях. Это означает, что нам будет проще совместно с предприятием развивать Александровск.

Юрий Филимонов: Ну, речь идет о колесах.

Дмитрий Махонин: Совершенно верно, конвейеры. Да, колеса.

Юрий Филимонов: Я все равно вернусь либо к ремонтам, либо к каким-то реконструкционным работам. Почему? Потому что есть точка, которая, которая интересна каждому жителю Пермского края, потому что рано или поздно он там появляется. Я имею в виду железнодорожный вокзал Пермь-2. Потому что тоже шли долгие разговоры о реконструкции, расширении – товарный двор, потом новые планы. И сюда же сразу же хотел, чтобы железнодорожную тему снова будировать, куда потом еще [электропоезда] «Ласточки» полетят? В один ответ.

Дмитрий Махонин: Вопрос реконструкции [вокзала] Пермь-2 – это вопрос РЖД. Мы должны с вами понимать, что власть может только способствовать этому, содействовать, чтобы все разрешения были на реконструкцию получены. Мы рассчитываем, и в субботу, когда комитет [оргкомитет по подготовке к празднованию 300-летия Перми] проводил [заместитель председателя Правительства РФ] Дмитрий Николаевич Чернышенко, мы также затрагивали вопросы инвестирования Российской железной дороги в свою инфраструктуру, включая Пермь-2. Сейчас идет активное проектирование реконструкции. Мы согласовали все визуальные виды. Это будет транспортно-пересадочный узел с автовокзалом дополнительно, который будет примыкать к ул. Строителей.

Юрий Филимонов: То есть автовокзал, вот эта болезненная точка, бельмо города Перми, еще один?

Дмитрий Махонин: Ну, давайте сначала построим новый автовокзал, а потом будем думать, что делать со старым. А то у нас любят сначала сломать, а потом… Надо сначала построить и потом уже думать , что делать с действующей инфраструктурой.

Юрий Филимонов: Нет, я про планы просто.

Дмитрий Махонин: Да, надо построить. Поэтому мы очень хотим.

Юрий Филимонов: Извините, вышли из поезда, сели в автобус?

ДмитрийМахонин: Совершенноверно, да. Этоудобно, ядумаю. Таквотнашазадача–чтобыРЖДприступилокреконструкциивследующемгоду. МынаметилисДмитриемНиколаевичем [Чернышенко], чтомыкамень заложим начала реконструкции в следующем году, и за два года можно этот объект реконструировать. Надеюсь, это случится. РЖД еще принял на себя обязательства пять небольших вокзалов отремонтировать, исторический облик им придать, как Пермь-1 сейчас выглядит.

И по «Ласточкам». Мы будем развивать это направление. У нас сейчас 10 «Ласточек». 6 из них прибыло в этом году. Вот это – по-разному можно называть, еще раз говорю, «Пермское наземное метро», «Компактный город» – это больше маркетинговая история, чтоб сложилось, чтобы люди стали ездить на электричках. Сейчас прорабатывается вопрос полноценного движения до Губахи, а это туристическое направление, да и, в общем-то, Губаха становится таким промышленным центром, я бы сказал. Мы сейчас обсуждаем вопросы и, возможно, я так осторожно скажу, если все как идет получится, в этом году продлить «Ласточку» до Осенцов, в Осенцовский промышленный узел. А это разгрузит и трамваи, и движение, то есть заводчане будут ездить на «Ласточке». Мы сейчас смотрим, прорабатываем вопрос [о пуске маршрута] до Березников. Тоже пока в проработке, поскольку это сопряжено с бюджетными тратами. Надо деньги искать, эффективность находить в этом. Поэтому планов у нас много, и наша задача – сделать Пермский край комфортным. А он комфортным становится, когда расстояние между населенными пунктами короче.

Юрий Филимонов: Не имеет значения.

Дмитрий Махонин: Короче становится, да. Как мы говорили, в этом году задача – чтобы «Ласточка» до Чусового добиралась уже за два с небольшим часа, там 2 часа и 3 минуты, сейчас это побольше. Ну, и потихоньку, потихоньку будем восстанавливать железнодорожное сообщение.

Павел Кузнецов: Что касается такого популярного некогда вида транспорта по воде? Что происходит с ним? Обещан ли ремонт причалов и появляются ли новые компании, готовые выходить…

Юрий Филимонов: Подведем год работы рабочей группы по развитию этого водного транспорта, по-другому.

Дмитрий Махонин: Причалы у нас ремонтируются. Основной причал у нас, как вы понимаете, у Перми-1. Раньше срока подрядчик пока идет, в темпах. Реконструируется также набережная в Кировском районе [Перми]. Мы хотим в Краснокамске тоже это все сделать, чтобы это было единым маршрутом. У нас есть планы, и сейчас ведутся работы по пирсу в Хохловке, чтоб можно было причаливать. Монтаж сооружений там должен начаться в следующем году. Сейчас стадия исследования проектов ведется. Ну, и ряд других территорий, которые имеют потенциал, такие как Добрянка, такие как те же самые Березники, Усолье, ряд других ниже течения по Каме.

Мы близки к подписанию соглашения и выходу по договоренностям с операторами, такими как «Водоход». Буквально опять на прошлой неделе встречался с их руководителем, чтобы они поставили несколько судов нам, и можно было и в туристическом направлении, да и в направлении, где в этом есть необходимость, а другой [транспортной] логистики нет, только вода. Там, где дачники есть, тоже хочется, чтоб обновлялся транспорт. Ну и хотим это под «Пермь-300» еще поставить несколько трехпалубных высококомфортных теплохода под места размещений. У нас пока в гостиницах нехватка будет мест, поэтому на набережной поставить их на лето. Будет красивая история, и дополнительные места размещения будут. Поэтому все это у нас в планах.

[Еще одна] наша задача – увеличивать производство в судостроительной отрасли. Сегодня будет комиссия у Юрия Петровича Трутнева, я буду в ней участвовать с защитой [проекта] Особой экономической зоны. Как мы говорили, мы идем, и судостроительная сфера будет тоже в Особой экономической зоне. Это позволит высвободить налоги и создать схему для инвестирования верфи. Сейчас выполняется субподряд в рамках контракта города Москвы и судостроительной верфи. Я там буквально месяц назад был. И мы дальше сейчас на пути принятия решения, чтобы заложить там строительство судов. Пока обсуждаем экономическую модель.

Юрий Филимонов: То есть с нулевой точки до реализации. Маломерные суда или теплоходы?

Дмитрий Махонин: Обсуждаем. Транспортная история, ближе... Поскольку тяжело запустить вот эту жизнь на Каме, да, когда ты понимаешь, что в Советском Союзе топливо фактически ничего не стоило, никто не считал экономическую рентабельность и так далее. Мы вынуждены считать. Поэтому мы считаем, исходя из новых разработок . Это электротранспорт на воде, это возможное использование сжиженного природного газа. То есть сейчас технические специалисты прорабатывают. Скоро мы примем соответствующее решение. Что это будет, обязательно потом расскажем.

Филимонов: Мы по дорогам проехали, по РЖД прошли, по Каме поплавали. Давайте в воздух поднимемся. Что там у нас? Какие перспективы? У нас то туда рейсы отменяют, то...

Павел Кузнецов: Ну, периодически.

Дмитрий Махонин: У нас, знаете, когда говоришь, что будем летать из Перми в другие города, тебе не верят. Ты об этом сказал, потом авиакомпания по каким-то причинам, причем объективным, говорит, что мы не сможем выполнить заказ, и начинается такая истерика – «все, все пропало!». Но на самом деле ничего не пропало. Это рабочие процессы. Мы же понимаем, что санкции, которые в отношении нашей страны вводятся, они влияют на принятие тех или иных решений. Поэтому компания [авиакомпания Red Wings] для себя, к сожалению, решила, что они не смогут из-за ограничения количества судов выполнять те рейсы, о которых мы договаривались.

Сейчас мы подобрали нового эксплуатанта. Вопрос будет в плоскости решения Минтранса, чтобы вот эти субсидии с одной авиакомпании на другу переложить. И те ключевые направления, где можно ездить отдыхать для жителей Пермского края, мы продолжим развивать. Это прежде всего, Мурманск, это Алтай, это Иркутск, Байкал, это Махачкала, куда летают жители, юг России. То есть все наши планы сохранены. Деньги, опять же, в бюджете предусмотрены на то, чтобы субсидировать этот транспорт, пока он не будет эффективен и не на самоокупаемости. Ну, будем работать в этом направлении.

Юрий Филимонов: Мурманск? Давайте лучше вы к нам. Вот благодаря проекту «Большой Урал».

Дмитрий Махонин: Вы зря смеетесь. Очень потенциал большой. Это же не только в одну сторону летают люди, и к нам пусть прилетают.

Павел Кузнецов: Звонок. У нас звонок. Мы вас слушаем. Представьтесь.

Звонок жителя: Дмитрий Николаевич, здравствуйте.

Дмитрий Махонин: Здравствуйте.

Жительница: Меня зовут Екатерина, живу в Полазне. Очень часто езжу в Пермь через Чусовской мост. И, знаете, пробки бывают серьезные, особенно в выходные дни. Буквально вот в прошлое воскресенье простояла, ну, наверное, минут 50 в пробке. Хотелось бы узнать, почему их никто не отслеживает и не регулирует эту сложившуюся ситуацию? И когда уже достроят мост?

Павел Кузнецов: Коротко. Две минуты до завершения нашего эфира.

Дмитрий Махонин: Я уже говорил, что, когда мы входим в стройку, ремонт, начинаются жалобы на то, что возникают пробки. Ну, так вот получается, по-другому здесь никак. Я считаю, что достаточно активно ведется строительство моста. В этом году мы откроем новую часть моста, в следующем году завершим все основные развязки, хотя они очень в высокой степени готовности, и реконструируем действующий мост. Мы должны с вами понимать: если бы строительство, реконструкция не началась, [действующий] мост мы могли бы потерять через несколько лет. А это означает, что вообще мы вернулись бы к паромной переправе. А я хочу напомнить для нашей слушательницы, что [это означает]. Я все свое детство вынужден был ездить, по 6 часов стоять, не 50 минут, 6 часов стоять на переправе в Пальниках. А сейчас мы близки к тому, чтобы этот мост достроить. Я извиняюсь за вынужденные неудобства, но это необходимость такая. Но, еще раз, темпы стройки очень хорошие.

Павел Кузнецов: Очень хорошо сказали, что из Мурманска к нам. А вообще как сегодняшнее время показало, наш туризм внутренний ожил, встрепенулся?

Дмитрий Махонин: Мы с вами вошли по кэшбеку в десятку регионов. И мы сейчас по рейтингам также в десятку входим по туристической привлекательности. Мы получили поддержку [госкорпорации] Туризм.РФ по развитию той же самой горнолыжки в Губахе, гостиничных комплексов. Нам есть что показывать: и природу свою, и промышленность тоже (промышленный туризм у нас развивается). Поэтому планов очень много. Мы получили федеральную поддержку и субсидии для бизнеса, который работает в сфере туризма. Мы можем привлекать еще и гастрономией нашей. У нас будет ежегодный фестиваль «Царь сковородка» и так далее. В общем...

Павел Кузнецов: 40 секунд. А можно перебью? А где ваши дети отдыхают? Буквально 40 секунд.

Дмитрий Махонин: Старшая дочь сейчас из Рябинино [поселок в Чердынском городском округе Пермского края] приедет в Пермь. Два младших ребенка ее заменят [там].

Юрий Филимонов: Не за границей?

Дмитрий Махонин: Нет, не за границей. И я присоединюсь, возможно, на пару дней в июле.

Юрий Филимонов: Для некоторых детей, коренных пермяков, проживающих в краевом центре, и Рябинино – заграница. Ну, еще раз напомню, что у нас все обращения, которые пришли...

Павел Кузнецов: Записаны.

Юрий Филимонов: Записаны.

Павел Кузнецов: На все вопросы будут даны ответы.

Юрий Филимонов: На все ответим. Это уже традиционно. Я думаю, никогда не было ни жалоб, поэтому... Спасибо большое.

Дмитрий Махонин: Спасибо вам за интересную беседу.

Павел Кузнецов: Спасибо.